На Западе, и например в Норвегии, система здравоохранения выстроена следующим образом, что у любого человека есть личный врачующий общесемейный врачеватель. Он получает приговор про то, как лечить пациента. Если в кое-чем подозревает, то имеет возможность подтолкнуть нездорового к тесному умельцу, какой проконсультирует и окажет собственные рекомендации.
Домашний медицинский работник сможет принять их, что происходит в 99 процентах случаев, в противном случае отправить к противоположному умельцу. Врачеватель всесветную практики – знаток на все ручки: он выписывает медикаменты, умеет прихватить тесты, одурачить минимальные хирургические действия. Вдобавок во множестве происшествий неприятность принимается решение сразу. При всем при этом мастер не отвлекается на рукописное переполнение карточки пациента, не нужно тратиться да и на медсестру, какая б выполняла бумажную работу, к примеру - подробнее полезные советы.
В кабинете смонтирован микрокомпьютер и особый прибор, куда доктор с некой отработанной интонацией наговаривает естество задачи, с какой пришел больной, названия отведенных лекарств так что многое другое. В России конструкция выстроена принципиально иначе. У нас человек неустанно стремится попасть к неширокому аналитику, чтобы получить консультацию, но лечиться у него не должна. – Возьмем, заявим, болезнь в спине, – приводит прототип проректор по последипломному образованию да и целебной работе СГМУ профессор Владимир Попов. – Во время года она появляется у 20 процентов жителей. Если все они придут на банкет к неврологу, тот факт у нас не то что специалистов не хватит, перекрытия в поликлинике не вынесут. А вот двигайся любой мужчина считает, что аккурат у него хворает здоровее, чем у прочих.
На нужде ведь в консультации имеют необходимость максимум пяти % обратившихся. Удается, что механизмы, регулирующие потоки заболевших человек, у нас или не продуманы, или трудятся как-нибудь ложно. Словно мы сами сможем наблюдать, прибывая в больницу, конструкция здравоохранения перегружена, она задыхается и захлебывается. Попасть к тесному специалисту можно только в последствии визита терапевта. А если записываться наиболее, ждать очереди доведется более месяца. Совершенно верно, узкие аналитики у нас благоустроенные. С тем самым ни одна душа не оспаривает. Однако же удовлетворены ли люди услугами здравоохранения – неблаговидно.
В 1992 г. В России имелась предпринята 1-ая проба внедрить конструкцию всеобщей целебной практики. К ней рассчитывали прийти в течение восьми лет. Тогда инициатива вызвала сильное противодействие со граны тесных специалистов. Понятно да и оно: никто не жаждет неожиданно начать никчемным. В 2008 году в Архангельске стартовала реализация Поморской проекты. Это одный совместный план СГМУ да и Норвежской медицинской ассоциации, нацеленный на образовательный процесс. В свое время ученого СГМУ назначили проблему ознакомиться с процессом подготовки докторов артельной стажировки в Норвегии, исследовать его трудоспособность и попытаться внедрить в России. В 2008-м Владимир Попов совместно с министром здравоохранения провинции Тромс Свейном Стейнертом написали проект так что удали грант.
Комментариев нет:
Отправить комментарий
Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.